Как отличить православных от раскольников?

(Протоиерей Александр Новопашин, зав. Центром св. Александра Невского, г. Новосибирск)

Православие сталкивалось с различными сектами и культами и ранее: в этой связи накоплен, действительно, богатый опыт. Даже Джим Джонс с его Джоунстауном в Гайане, где самоубийству подверглись 920 человек, не представляют собой ничего нового: были фанатики среди староверов-беспоповцев XVII века, подстрекавшие своих последователей к самосожжению для "ухода" от якобы "сил антихриста"; и многие из этих несчастных прельщенных людей кончали самоубийством - то есть совершали смерт­ный грех.

      Но помимо вероучения, основное различие между из­вестными в России хлыстами или скопцами и современны­ми культами заключается в более утонченных методах кон­троля сознания. Как ни печально, но проявление сектант­ства бывает и в Православии. Хотя об этом явлении в Пра­вославии не принято говорить вслух, нам крайне неприят­но об этом слышать, и мы не очень склонны этому верить, но, к сожалению, некоторые сектантские и еретические тенденции - реальность.

      На прошедших Архиерейских Соборах Русской Право­славной Церкви неоднократно поднимался вопрос о так называемом младостарчестве как вредном, искажающем православное понятие спасительности послушания явле­нии. О пагубном влиянии младостарцев на своих чад в по­следнее время говорится и пишется немало, но далеко не всегда такие явления связываются с культизмом. Те из нас, кто придерживается традиционных путей в Православии, ценят послушание и смирение, тщательное соблюдение монашеских уставов, и мы постоянно обращаемся к нашим старцам и духовникам (особенно монашеского звания) за руководством и примером.

      Но духовное руководство в руках людей неопытных, иногда даже умственно нездоровых, аморальных или влас­толюбивых, может быть обращено во вред. Множество книг посвящено традиционным путям духовной борьбы, в монастыре или в миру. Лучшие из них - жития святых и жизнеописания столпов Церкви и подвижников, как муж­чин, так и женщин. Существуют также превосходные руко­водства в духовной борьбе - такие, как "Невидимая брань" и "Приношение современному монашеству". Эти книги да­ют образец, по которому новообращенный может прове­рить себя в любой конкретной ситуации. Однако необходи­мо сделать предупреждение: хотя в этих книгах немало ска­зано о старцах и послушании им, надо уяснить себе, что, по слову Христа, в мире надлежит быть искушениям, соблаз­нам, но главное оружие против искушений, как сказал св. Иоанн Златоуст, - рассудительность!

Заблуждаться в этом отношении опасно: старая и новая церковная история показывает нам, как целые группы уш­ли в раскол или ересь, уверенные в том, что их лидер непо­грешимый "старец". Рассмотрим несколько практических вопросов, которые всегда нужно задавать себе, прежде чем войти в контакт с руководителем и последователями любой религиозной группы - будь то монастырь, приход, брат­ство, сестричество, миссионерская община и т. д.

ИТАК, КАК ОТЛИЧИТЬ ПРАВОСЛАВНЫХ ОТ РАСКОЛЬНИКОВ

1. Какова история группы или ее "юрисдикция"? Меня, как священника, очень удивляет отсутствие интереса к это­му вопросу у многих приходящих в Церковь.

2. Не говорят ли здесь: "Все прочие монастыри (приходы) никуда не годятся, вы им не доверяйте, но у нас-то все как полагается!" Это верный признак культизма.

3. Нет ли ощущения мании преследования - "все про­тив нас", или атмосферы "мы и они"? Не считается ли руко­водитель "гонимым" и "непонятым" другими в православ­ном мире? Не рассматриваются ли посторонние как "вра­ги"? Ограничивается ли общение последователей личности с теми, кто вне группы? Употребляют ли по отношению к критикам унизительные выражения ("тупой", "быдло", "пле­бей", "мирской» и т.д.)?

4. Просили ли вас когда-либо о чем-то заведомо незакон­ном, аморальном или унизительном? Здесь хитрость заклю­чается в том, что если человек усваивает мировоззрение культизма, то все что угодно может быть оправдано "послушани­ем" или, наоборот, чувством собственного превосходства.

5. Нет ли нарушений в вероучении или экклезиологии, как, например: "Нам епископы (или священники) не нужны", "настоящих епископов больше не осталось"; это, как правило, означает, что руководитель поссорился со своим епископом (если у него вообще когда-то был епископ). Характерны та­кие выражения, как, например, "св. Марк Ефесский тоже один в Церкви оставался» и т. п. Не заметны ли попытки по­дорвать репутацию признанных авторитетов Церкви или, по крайней мере, посеять сомнения в их компетенции?

6. Даже если на первый взгляд группа живет небогато, по­лезно узнать, не склоняют ли новообращенных к пожертво­ваниям в том или ином виде (деньгами, имуществом, дове­ренностью на кредит). Даже в монастыре на это следует обра­тить внимание: обычно до пострижения от послушника не требуется, чтобы тот расстался с личными сбережениями ни в пользу монастыря, ни в пользу своей семьи. Аналогичный вопрос: не оказывают ли гостям и родственниками особых почестей, чтобы выманить у них крупные пожертвования?

7.  Не в ходу ли запугивания и обвинения, например, для привлечения в группу ("если вы не примете монашество, я вам гарантирую, что вы попадете в ад") или для удержива­ния в ней ("если вы уйдете - вы погибли, вы вернетесь к сво­ему прежнему греху")? Не лгут ли о тех, кто покинул группу? Известно, например, что кто-то ушел по своей воле, а руко­водители упорно твердят, что его "выдворили" как разврат­ника, или безумца, или ослушника, вместо того чтобы про­сто сказать, что у человека, например, не было призвания к монашеству.

8. Если вы мирянин и ходите в церковь, должны ли вы получать разрешение ("благословение") от священника, прежде чем поменять работу, купить машину и т.д.? В нор­мальных условиях это не подлежит ответственности при­ходского священника, каким бы мудрым и набожным он ни был. Каждый может - и должен - просить молитвен­ной помощи и совета в таких обычных житейских делах, но спрашивать разрешение - совсем другое дело. Недопусти­мо навязывание своей воли, подавляя чужую.

9.  Оправдывает ли руководитель ложь или искажение фактов тем, что группа якобы служит "высшим целям"? Другими словами, оправдывается ли средство целью? Ока­зывает ли группа своим членам медицинскую помощь (фи­зическую или эмоциональную, если они в этом нуждают­ся), или же их отправляют домой, чтобы расходы несли родственники?

10. Заметны ли проявления мании величия со стороны руководства? Иными словами, не видят ли они себя и груп­пу некими наставниками, избавителями или спасителями всей Церкви?

Если хоть один из ответов на эти вопросы обнаружива­ет некие отклонения от нормы, такую группу лучше немед­ленно покинуть: послушание имеет смысл и цену, лишь тог­да, когда оно добровольное, а не вынужденное посредством страха, чувства вины или эмоционального шантажа. Серь­езность подобной ситуации трудно переоценить.

ИСКУШЕНИЕ РЕФОРМИЗМОМ, или ОТ ЧЕГО МЫ ХОТИМ "СПАСТИ" ЦЕРКОВЬ

В последнее время появилось много псевдопатриотиче­ских организаций, которые увлекают за собой патриотически-настроенных православных верующих, спекулируя "правильными" лозунгами. Но в итоге все призывы сводят­ся к борьбе против первосвятителя и иерархии Православ­ной Церкви. Грустно, что в этой кампании участвуют неко­торые, как правило, молодые священники, с "комсомоль­ским задором" пытающиеся загнать еще невоцерковленное население страны в Церковь. В ту "церковь", которую они сами себе придумали.

Понятно, что наши так называемые реформаторы "хо­тят как лучше" и что в своем стремлении "очистить" Право­славную Церковь от многих злоупотреблений, к сожале­нию, безусловно, присутствующих в нашей приходской практике и церковной жизни, "вернуть" Ее к апостольской чистоте, фактически уподобляются Мартину Лютеру, со­здавая свой "православный протестантизм". Но, думаю, не­обходимо понять, что путь церковного развития не может быть тождественным пути общественных реформ, ибо, в кон­це концов, не мы спасаем Церковь, а она нас. Полнота Ис­тины, хранительницей которой является Вселенская Пра­вославная Церковь, не может быть объята отдельным чело­веком. Поэтому, наверное, сколько существует Церковь, столько будет существовать искушение редукционизмом (упрощением), попыткой свести Церковь к понятным обы­вательским категориям, ограничить Ее собственным пред­ставлением о ней.

Да, человеку свойственно ошибаться. Но если мы соб­ственное мнение ставим выше соборного мнения Церкви, если мы игнорируем весь путь ее развития, если мы отказы­ваемся различать истинное Предание как жизнь Святого Духа в Церкви от местных преданий и обычаев, то всегда ри­скуем впасть в духовный элитизм, отдаляющий нас от Цер­кви и выводящий нас из Тела Христова. И те, кто вопреки предостережению апостола Иакова (Иак. 3,1) спешат сде­латься учителями, объективно способствуют той же цели, к которой стремятся столь расплодившиеся в современном мире лжепророки и лжехристы, являющиеся лишь марио­нетками в руках изначального врага рода человеческого.

Православное свидетельство, сколь бы ярким оно ни было, никогда никому не навязывают, не рекламируют. Свидетельствуют о Православии самой своей жизнью в скромности, мире и согласии с окружающими, насколько это возможно. Хорошие тому примеры жития наших совре­менников св. Нектария Эгинского и праведного отца Ни­колая Планаса Афинского, не говоря уже о таких, как пре­подобный Силуан старец Афонский, старец Паисий Афон­ский, протоиерей Николай с о. Залит.

Есть два понятия, на которые опираются как сами тота­литарные секты, так и Церковь по отношению к ним: это понятия отделения и гордыни. Тем, кто хотя бы в общих чертах знаком со Священной Историей, нетрудно вспом­нить, что первое во вселенной отделение произошло по причине гордыни, и называем мы его отпадением. Первым от Бога отпал сатана, и именно в этом смысле допустимо говорить о сатанинской сущности тоталитарных сект и рас­колов, даже если они оперируют понятиями добра и спра­ведливости. Но известно также, что древний грех гордыни и поныне грозит каждой душе, что "мать всех грехов" под­стерегает всякую человеческую душу, и борьба с ней - это начато и конец любой духовной практики.

Необходимо помнить, что духовный тоталитаризм мо­жет поразить любого человека независимо от его конфес­сиональной принадлежности, что его семена могут прорас­ти в любом сообществе. Поэтому не осуждение является главной нашей целью, а предупреждение.

Необходимо предупредить, что тот, кто утратил духов­ную бодрость и бдительность, подвергается опасности за­ражения, а если эту опасность недооценивают, то статус то­талитарной секты может грозить любой, даже православ­ной организации, которая при развитии этой болезни всег­да отпадает от Православия!

В последнее десятилетие менталитет культов стал серьез­ной угрозой неискушенным умам и душам тех, кто прихо­дит в Церковь. Многие из них серьезно пострадали, даже если они и покинули свое прежнее окружение в культе. И становится очень обидно за тех, кто, найдя в себе силы вый­ти из одной тоталитарной группы, попадают в другую - не менее тоталитарную, псевдоправославную группу, "общинку" или братство. Как родителям, так и духовенству надо че­стно и прямо смотреть на проблему, сколь бы досадно и трудно это ни было. Мы не имеем права притворяться и прятать голову в песок.

Итак, чтобы быть защищенными от возможного раб­ства в культе, нужно учитывать следующие задачи, которые стоят перед нами:

1. Словами и личным примером мы должны пытаться спасти всех тех, кто вовлечен в культы, кто, потеряв свободу выбора, может быть, никогда не найдет в себе сил вы­рваться оттуда самостоятельно.
2. Научить нашу молодежь, что есть истинное духовное руководство, в чем состоит подлинное монашество и како­вы, в противоположность этому, признаки культа.
3. Показать родителям, какие факторы семейной жизни могут подтолкнуть детей отдать свою свободную волю бес­честным и недостойным вождям, будь то в Церкви, в поли­тике или где бы то ни было. Мы должны научить детей - что есть свобода воли, как она действует и почему это так важно. И мы должны начать учить их немедленно.
4. Необходимо наставлять и поддерживать тех, кто уже порвал с культом, но, может быть, втайне страдает, по­скольку эмоциональная рана еще не зажила.
5. Помочь осознать, что все же главная защита от сек­тантства - наше пребывание в истинной вере, наше под­линное воцерковление. Настоящий иммунитет против лжеучителей дает только святое, ничем не искаженное Православие.

При всем этом необходимо понимать, что большинство сектантов и раскольников для Церкви не враги (даже если они сами так считают), а потерявшиеся дети. И Церковь-Мать всегда рада их возвращению.

"Сего ради приимите вся оружия Божия, да возможете противитися в день лют" (Еф. 6, 13).

(Из выступления на секции "Тоталитарные секты и методы противодействия им", проходившей в рамках XI Международных образовательных чтений)

Фотогалерея: