Я счастлива, что живу на земле Христа.
Беседа с монахиней Горненского монастыря Мариам (Юрчук)
- Матушка Мариам, Вы несете в монастыре послушание гида. Трудно ли Вам приходится?
- Порой очень трудно.
- Почему?
- Гид для паломников - это источник знаний, сведущий спутник, который, в то же время, должен уметь разрешить любые возникающие во время экскурсий трудности. Приехала в Святую Землю группа паломников, ее вручают мне. Я должна познакомить их со святынями, рассказать о них, ответить на разные, подчас трудные вопросы; кроме того, должна следить за тем, чтобы никто не потерялся и чтобы все целыми и невредимыми вернулись в гостиницу. В каждой группе есть верующие люди, есть и неверующие. И вот с последними особенно трудно, потому что они не всегда понимают, что такое святыня. А как им объяснить?
Я приехала в Горненский монастырь в 1991 году. Тогда только-только возрождалось паломничество из России.
Уже через пару лет паломников стало больше. Это было самое памятное и самое приятное время для меня. Группы приезжали в основном по линии Палестинского Императорского общества. Люди интеллигентные, образованные, культурные, но вера у них была как тростинка, колеблемая ветром. Работать с ними было очень приятно, потому что они искренне хотели узнать, что такое Земля обетованная. Я с удовольствием отвечала на их многочисленные вопросы. К концу поездки их вера была уже совсем другая, окрепшая. Ведь паломничество - один из видов воцерковления, а Святая Земля - это пятое Евангелие, где каждое святое место - икона того или иного библейского события.
Откуда происходит слово «паломник»? От слова «пальма». Западные паломники стремились принести со Святой Земли ветку пальмы. Это и знак победы, и символ входа Господня во Иерусалим. В Европе паломники, возвращавшиеся с пальмовой ветвью, получали право прибавлять к своей фамилии «Палмер». Но православная терминология совсем другая. У нас не за пальмой едут в Святую Землю, а поклониться святыне. Поэтому уместнее приезжающих сюда называть «поклонниками». По учению Церкви и святых отцов, святыне тоже подобает честь. В Святой Земле мы знакомимся с местами, где бывал Иисус Христос, где Он был распят и где воскрес. Такое не забывается. Кто хоть один раз побывал в Святой Земле, тот - хочет он или не хочет - становится другим человеком. Приехал туристом, а уехал - «поклонником».
Паломники прибывают в Святую Землю на определенный срок и хотят увидеть и узнать как можно больше.
Многие готовились к этой поездке несколько лет, откладывали деньги.
Я всё это понимаю и выкладываюсь полностью; все восемь дней, в течение которых паломники знакомятся со святынями, я живу в большом напряжении.
Наконец, группа уезжает домой, мне бы чуть-чуть передохнуть, набраться сил, но тут приезжает другая группа, и я снова работаю на пределе своих сил.
- Но, думается, в Вашей работе, а точнее, в Вашем послушании, есть и свои плюсы...
- Конечно. Каждый раз я испытываю большую радость и благоговение, когда прихожу с паломниками к той или иной святыне. Пусть я уже была здесь двадцать-тридцать раз, это неважно; я прикладываюсь к святыне так, как будто вижу ее впервые. В каждой группе, как правило, есть священник; он служит молебен, все паломники молятся, и я молюсь вместе с ними - у нас получается соборная молитва.
- Способствует ли это послушание Вашему духовному возрастанию?
- В какой-то степени, да. Правда, постоянные поездки нарушают повседневный церковный ритм. Ведь монах или монахиня должны каждый день присутствовать на утреннем и вечернем богослужении. Для меня это, к сожалению, невозможно.
- В Палестине так много святынь, что, наверное, даже Вы как гид не смогли их все повидать...
- Есть такие места, где мало кто из паломников бывал, например, в Иордании. Но даже и здесь, в Святой Земле, есть места, где я еще ни разу не была. Может быть, наступит такой день, когда Господь приведет меня туда. Представьте себе, от времен нашего праотца Авраама и до наших дней - это же четыре тысячи лет. Вся библейская история. Многое разрушено и утрачено, но археологи до сих пор находят во время раскопок предметы, относящиеся к первым векам христианства.
- В каком настроении должен быть гид?
- От настроения сестры-гида зависит настроение всей группы: если она в приподнято-духовном настроении, то и группа будет такая же; если же сестра-гид «не в духе», то паломники не получат того, чего хотели.
Если группа мирная, если нет ни раздражительности, ни недовольства, то путешествие проходит на высоком духовном уровне, хочется петь церковные песнопения, молиться, благодарить Господа за всё. А если люди начинают выяснять отношения, дуться друг на друга, задевать друг друга колкими словами, то это уже не паломничество, а его противоположность...
- Вы наверняка не раз были у Мамврийского дуба; расскажите о Ваших поездках к этой святыне.
- Паломники стремились к этой святыне всегда. Шли пешком - и в жару, и в холод. К сожалению, сейчас уже нет такого благочестия, как раньше, да и условия изменились. Паломники прилетают в Святую Землю самолетами, а потом едут на комфортабельных автобусах с кондиционерами и телевизорами.
- Вы видели дуб зеленым?
- Видела. Однажды я приехала к дубу с несколькими русскими паломниками. К нам присоединились два или три иностранца, тоже православные. Помню, с каким восторгом они смотрели на дуб! Одна ветка была еще зеленой. И желуди были на нем. Я удивилась: какая сила у дуба, если до сих пор появляются желуди. А потом дуб засох, но зато появился маленький росточек. Я каждый год приезжаю в Хеврон - и росточек этот становится всё больше. Хочется, чтобы он побыстрее вырос, а он растет очень медленно.
- Существует ли для вас такая проблема как привыкание к святыням?
- Ни при каких условиях нельзя относиться к святыне без благоговения, даже если ты ходишь мимо нее каждый день. Господь показала нам это на примере Давида Гареджийского. Он был монахом-аскетом и великим подвижником; пешком пришел в Святую Землю и остановился на месте, которое называлось «вершина благодати»; отсюда открывался вид на Иерусалим.
Давид пал ниц на землю и, обливаясь слезами, произнес: «Господи! Я не осмеливаюсь продолжать путь свой, дабы землю, освященную святыми стопами Твоими, не попрать моими нечистыми ногами. И того довольно мне, что я, грешный, удостоился видеть эти святые места». Он взял три камешка, которые увидел у своих ног, и вернулся в Грузию.
Господь не хотел, чтобы духовный подвиг преподобного Давида остался неизвестным, и послал иерусалимскому патриарху Софронию Своего Ангела. Тот сказал, что грузинский аскет забрал с собою всю благодать. Тогда святитель Софроний послал за святым Давидом с просьбой вернуть хотя бы два камешка...
- Нам, мирянам, подобного чувства своего недостоинства явно не хватает.
- Всем не хватает, особенно в Великую Субботу, когда мы ждем схождения Благодатного Огня. Некоторые люди думают, что если они прорвутся в Храм и по головам паломников приблизятся к Кувуклии (именно здесь лучше всего заметны явления Божией благодати), то они всё увидят. Но они как раз ничего и не увидят - из-за своего непотребства.
В 1991 году, когда я первый раз была на схождении Благодатного Огня, то стояла недалеко от Кувуклии. В те времена паломников было немного, в основном греки. Я была с сестрой; ожидая Благодатного Огня, мы разговаривали с ней то на польском, то на русском языке. «Вы из России?» - спросил меня немолодой мужчина с черной, как смоль, бородой, который стоял рядом. Я кивнула. Мы разговорились, и мужчина рассказал историю, которую я никогда не забуду.
Он был грузин. Несколько лет назад впервые приезжал в Святую Землю. Он смог это сделать потому, что у него были здесь какие-то дальние родственники. Денег на поездку у него не было. Но когда христиане того храма, прихожанином которого он был, узнали, что он собирается в Святую Землю, то собрали для него нужную сумму. И дали ему наказ - узнать, сходит ли еще на Гроб Господень Благодатный Огонь.
Паломников, повторяю, было немного, но всё равно ему не удалось пройти к самой Кувуклии. Он стоял напротив Камня Помазания, почти у самой входной двери. «По своим грехам я не достоин быть близко ко Гробу Господню, - подумал он. - Вряд ли я тут увижу Огонь. Но что же я расскажу моим братьям и сестрам? Ведь они так надеялись на меня. Я им скажу так: «Вам нужно было послать кого-нибудь другого. Я недостоин великой чести - увидеть схождение Благодатного Огня». Только успел он это подумать, как увидел, что у пожилой гречанки, которая стояла неподалеку от него, сам собой загорелся пучок свечей. Это произошло, кажется, еще до того, как Благодатный Огонь сошел на Гроб Господень. Огонь был очень яркий, в темноте (двери храма были закрыты) он был подобен молнии. От неожиданности, при виде такого явного чуда, женщина упала без чувств.
Мужчина пришел в великое изумление.
Ему показалось, что он это видит во сне. «Эти минуты - самые яркие в моей жизни. Забыть их нельзя, - сказал мой собеседник. - Когда я вернулся домой и рассказал своим братьям и сестрам о том, что видел и прочувствовал, то они в один голос заявили: «Как хорошо, что мы послали в Святую Землю именно тебя, а не кого-то другого».
- Матушка, расскажите, пожалуйста, как Вы пришли к монашеству.
- В этом «виновата» книга «История византийской культуры». Это большой труд, более тысячи страниц, которые я прочитала взахлеб. Особенно меня поразил один факт: во время расцвета Византии монахов, живущих в пустыни, было больше, чем византийского войска. Византийская империя занимала громадные территории (в нее входили современный Египет, Малая Азия, Армения, другие страны) и имела могущественную армию, чтобы защитить их. В то время монахами становились люди в основном из знатных семейств. Они уходили из дворцов и поселялись в пустыне. А что такое пустыня? Это испепеляющий зной, жажда, голод. Тесная пещера. «Как монахи могли выжить в таких суровых условиях? - подумала я. - Ну недельку, другую, наверное, можно было протянуть, но пробыть там всю жизнь - это невозможно. Но, с другой стороны, - продолжала я размышлять, - если они не возвращались в мир, значит, их что-то поддерживало. Какая-то особая радость была у них».
Я стала изучать этот вопрос и, наконец, поняла, что монахов укрепляла радость Христе. С этого момента моя жизнь изменилась - я решила стать монахиней.
- Матушка, иногда вы уезжаете в отпуск или на лечение - на месяц и больше, - жалко ли расставаться с монастырем?
- В такие моменты понимаешь, что ты можешь и не вернуться в Святую Землю, можешь потерять ее, - жизнь есть жизнь, - и от этого она, Святая Земля, становится тебе еще ближе, еще роднее, еще желаннее. И когда возвращаешься сюда снова, то ощущаешь еще бо́льшую радость, чем раньше, еще сильнее благодаришь Господа Бога за Его милости. Другими словами, в этих временных отлучках есть большая польза.
Когда долго живешь в Святой Земле, то привыкаешь к ней, считаешь ее своим домом и думаешь, что в дальнейшем ничего не изменится. А, приехав на Родину, видишь пустоту жизни, ежедневную суету, отступление от Господа, и тут только по-настоящему понимаешь, какая ты счастливая, что живешь на Земле Христа, и какое будет горе, если ты по каким-то обстоятельствам не сможешь туда вернуться.
- Вы родились в Польше?
-Да.
- Связь с Родиной у Вас сохранилась?
- Да. Иногда я сама там бываю, иногда получаю письма, телеграммы, бандероли. Однажды приезжала группа паломников из Польши. К сожалению, я была в то время с другой группой. Но я беседовала со своими земляками.
- Могли бы Вы рассказать о современном состоянии Православия в Польше?
- Польша - католическая страна, но в ней есть остров, который называется «Православие». Когда в России началась так называемая «перестройка», народ стал понемногу воцерковляться; пошел процесс «из неверия в веру». В Польше было по-другому, здесь вера не исчезала совсем - ни среди католиков, ни среди православных. У нас не было такого грубого атеистического режима, как в Советском Союзе - религиозная пропаганда не была запрещена; всё было помягче. Православная Церковь в Польше переживала, если так можно выразиться, «застойный период». А когда в России началось оживление в вере, то православные поляки тоже пробудились, стали активнее посещать храмы.
Раньше у нас наблюдалось, и нередко, такое явление: православные переходили в католичество. Скажем, православная девушка выходила замуж за католика и становилась католичкой. Или наоборот: православный юноша женился на католичке и сам становился католиком. Теперь всё чаще молодые католики, вступая в брак с православными, принимают Православие.
- Скажите, пожалуйста, что значит для Вас Россия? Ведь не секрет, что сейчас многое в мире зависит не столько от событий в Святой Земле, сколько от событий в России.
- Русские православные христиане являются сейчас для многих людей на Западе примером того, как надо жить, веровать, нести свой крест. Я читала, не помню в какой газете или журнале, что в Америке каждый год десять тысяч человек становятся православными. Один пастор вместе со своей паствой перешел в Православие. Он рассказывал о жизни своей общины, и помимо прочего сказал: «Нам очень не хватает хотя бы одной русской бабушки. Она бы нам показала, как нужно прикладываться к иконе, как молиться на коленях, как осенять себя крестным знамением, как поститься, как готовиться к причащению Святых Христовых Таин».
- Мне кажется, переговорили уже обо всем. В заключение расскажите, пожалуйста, о Вашей обители, о сестрах.
- Я хорошо запомнила одно высказывание: горненские матушки - это живые лампады из России, которые горят на Святой Земле. Когда посмотришь на наших матушек в Казанском храме или на Гробе Господнем, то увидишь, что в руках у них огромное количество записок с именами родственников, знакомых, вообще русских людей - они молятся за них, а также обо всей Русской земле, о спасении России. Сестры все перегружены - это и обслуживание паломников, и множество других забот; немножко не хватает мира из-за сильного переутомления, особенно в дни больших праздников. Если бы у сестер было больше времени для молитвы, то «лампады» горели бы еще ярче. Сестры несут тяжелый крест, но он неведом миру.
- Есть ли сестра в обители, с которой Вы особенно близки духовно?
- Такой сестры у меня, к сожалению, нет. Я как гид все время с людьми. Когда возвращаюсь в обитель из очередной поездки, мне нужно обязательно побыть одной, отдохнуть от людей.
- В нашей паломнической группе (во время путешествия по Святой Земле) были две инокини из Дивеевской обители.
Они ни на секунду не расставались и держались за руки. Было видно, что их давно связывает духовная дружба; у них, можно сказать, была одна душа...
- Это может быть так, а может и не совсем так. Святая Земля очень сближает. Та радость, которую они здесь испытывали, их очень сблизила. У меня было то же самое. Когда я приехала в Святую Землю, то встретила свою соотечественницу, и мы вместе путешествовали. Святая Земля, а если точнее, Сам Господь, настолько сблизил нас, что мы стали духовными сестрами. Потом эта женщина уехала домой, а я осталась. Но мы по-прежнему близки, молимся друг о друге - для верующих людей нет расстояний.
Николай Кокухин, Иерусалим-Москва.
Православный Женский Журнал «Славянка», Март - Апрель 2010, стр. 24 - 28
Фотогалерея:
